iDiot · daily

Никогда я еще не смотрел с такой тоской на бутылку шампанского. Она игриво поблескивала воротничком из фольги из-под снега, чем-то отдаленно напоминая ракету, наполовину высунувшуюся из шахты. За воротами части виднелась здоровенная нарядная ёлка, детвора, визжа, неслась с горки, барахтаясь в конце ледяного полоза гурьбой, бухие офицеры, прапорщики и товарищи вольнонаемные, пошатываясь от выпитого, слонялись вокруг детей крупными группами, радостно целуя друг друга взасос. Я вернулся в дежурку и, глумливо приложив ладошку к сизой ушанке, доложил:
- Тыщ капитан, я проверил - ещё тёплое.
- Вольно уже, - с тоской сказал капитан Коля, посмотрел на часы, зевнул и сказал, - Прапорщик, сделайте погромче, президента послушаем.

( дальше )

А теперь, дорогие друзья, я расскажу вам буддийскую историю. Душным летом 99-го года мы вышли к обочине села Толпарово (Башкирия), потянули носом густую волну липового цвета, спускавшуюся с гор к маленькой уютной реке со звонким названием Зилим, и поняли: "Пора домой". Мы осознали это особенно ясно, когда синхронно повернув головы вслед кривоногой башкирке в резиновых сапогах, проезжавшей мимо на скрипучей телеге, хором протянули «А девка-то, кстати, ничего» и почесали промежность. Семеро смелых, блять. Позади была неделя неспешного сплава среди белых скал и одуряюще пахнущих лесов. Неделя кайфов, растянувшаяся в нашем сознании на целый месяц.

Этого отпуска я ждал, как манны небесной. За пару-тройку лет до того я потерял половину волос, переживая серьезнейшие внутренние ломки, сопровождавшие болезненный процесс вылупления мужчины из потусторонней эмо-личинки, каковой был юный maxss. Мне внятно объяснили, что утрата оружия, дезертирство - как впрочем и любое другое воинское преступление - для меня актуальнее, чем поход за хлебом, а собрать доказательную базу под любой умысел - проще, чем задавить мокрицу сапогом. Песня «ты-у-меня-до-конца-жизни-будешь-космодром-в-плисецке-караулить-или-говно-мерзлое-жрать-на-якутских-приисках-если-в-чечне-не-сдохнешь-молокосос» стала стабильным хитом в моем ежедневном топе информационных сигналов из внешнего космоса. Буквально накануне я чудом вывернулся (хвала буддам и бодхисаттвам трех времен и десяти направлений за их мудрость и сострадание!) из говённейшей истории с контрабандой довольно крупной партии героина, куда меня чуть не врезали добрые люди. Но я вовремя ушел на гражданку. Дембель переживался трудно: никак не проходило ощущение, что я только что вышел из монастыря или выпал из машины времени. Поэтому неожиданное приглашение сплавиться по Зилиму попытался использовать на всю катушку. Чтоб до срыгивания. ( читать страшную историю )

Продолжение ( под катом )

Предуведомление: immoralist многажды говорил о том, что образ автора и реальный человек, написавший некий текст отнюдь не одно и то же. О том же говорил и Фуко, но immoralist в ЖЖ более известен :-)) Все истории, рассказанные тут - реальны и действительно происходили в жизни. Но все они имеют художественную обработку. Как правило, различные жизненные ситуации разные участники событий интерпретируют по-разному, в чем наверняка не раз убеждался каждый, кто сейчас читает эти строки. Но с нами всегда остается только наш личный опыт, наше собственное восприятие, потому что только оно встроилось в последовательную цепочку событий, которую мы обычно именуем "своей жизнью". К чему я? К тому, что мне не хотелось бы, чтобы вы искали прототипов этих историй, или определяли в каких пропорциях здесь смешаны реальность и художественный вымысел. В конечном итоге, тексты пишутся для удовольствия, а не как объект потенциального анализа. Итак, вчера было про пространство, в котором проистекала тогдашняя моя жизнь, а сегодня, как обещал, ( начинаю про отдельных персонажей рассказывать. )

Итак, время действия я худо-бедно описал. Осталось осветить сцену, на которой происходила тогдашняя странная жизнь. Вообще, Урал - довольно большой. Не знаю, сколько километров, допустим, от Асбеста до Магнитки. Или от Перми до Кизила. Но достаточно, чтобы провести в этих краях всю жизнь в полной уверенности, что это и есть вся ойкумена. Тогда у нас существовала одна теория... ( читать дальше )

Написал вчера про "самое начало", а надо было начать с описания бэкграунда. С описания времени, которое тогда типа царило. Конечно, об этом можно (и, может быть, даже нужно) написать толстый роман. Но я не далеко не Пруст и воспоминания у меня не настолько четки :-) Буду придерживаться формата ЖЖ. ( Итак, что ж за время тогда было? )

Начав на днях разгружать рюкзачок с воспоминаниями, не могу остановиться. Ибо всякая осень делает меня сентиментальным на какой-то период времени. Вспомнив, как стотыщ раз обещал френдам писать почаще и побольше, решил как правильный пацан исполнить обещанное. Так что... ( вот # )

Итак, мои дорогие, специально для тех, кому не хер делать в пятницу, свежая порция неспешного пятничного чтива под названием:

Декабристка

Отплевываясь от клубов жирного черного дыма, я проскочил горящую кабину "камаза", быстро расшвырял пятерых нападавших и нырнул в узкий бетонный коридор, еле освещавшийся жиденькой лампочкой. С похмелья слегка потряхивало. Я распахнул ногой дверь и сделал первый выстрел, уперев локоть в косяк для жесткости, потом перекатился к стене и сделал еще один выстрел из "мексиканской стойки", прижавшись спиной к гипсовым плиткам, покрывавшим стену, потом перекатился поближе и лупанул "двойку" с колена. ( читать дальше )

Двенадцать фраз, рассказавших подростку о смысле жизни больше, чем десять лет, проведенные в средней школе:

<...> Ну и что ты нюни распустил? Там что ни одной палки не было? Ни одного камня? Знаешь, пацан, я тебе сейчас не как мент скажу, а как обычный мужик. Можешь ударить - бей. Можешь вальнуть? Да хуй с ним - вали, только не попадайся.

<...> Музыкант - он ведь не только должен играть честно. Он и по ебалу должен въебать суметь при случае. Причем, кому угодно. Иначе блюза не сыграешь. Ты думаешь, как черные свою музыку играют? Мадди Уотерс? Би Би?

<...> Так ты студент? Везет. А я - блядь. Ты симпатичный мальчик. А у меня, прикинь, последний клиент - одноногий, сто двадцать килограммов жиробас, умора. Еще пару недель таких и можно будет квартиру поменять. Взять что-нибудь поприличнее. Если деньги нужны будут или что - забегай.

<...> Максим Александрович, не ебите мозги, пожалуйста. Какая армия? Какая повестка? Вам двадцать три, у вас же семья. Вы что, не видите, что в стране творится? Давайте так: сходите, скажем, на пару лет на тюрьму. Ничего страшного, сидеть будете рядышком, в Копейске. Войдете в правильную семью, обзаведетесь нужными связями, а потом можно будет делать нормальный бизнес. Нам тоже нужны люди. Но должен быть опыт, нужно немного посидеть, хотя бы формально.

<...> Друг говоришь? Да я тебе говорю: "Это - он". Я тебе говорю. Он не просто сливает, он - агент... Ну все, все... Бывает... Вставай, поднимайся... Поднимайся... Вот так, ножками... Вот... Все через это проходят, ничего... Ничего...

<...> Если ты останешься с нами, я тебе обещаю, у тебя больше никаких проблем не будет. Ты знаешь, кто мои родители? А если мы с тобой ребенка родим, ты вообще забудешь, что такое "думать о деньгах". Только не уходи. И маленькая к тебе уже привыкла...

<...> Ты можешь мне не верить конечно, но она с ним видится каждые два дня. Ты можешь еще орать конечно, но я могу показать тебе кафе, где они встречаются. Да, довольно давно. Никак не меньше месяца. Ну если хочешь, я могу прослушку поставить или еще там... Ну хочешь, мы его наебнем? Или сам хочешь? Ну смотри - твое дело.

<...> Нет, малыш. Ты же видишь, что со мной? Ну вот. Ты уже большой, давай-ка теперь сам. И еще: не хочу я больше химиотерапии. Больно, спасу нет. Без химии - ничего не болит. Ты уж скажи сестрам. Только не этой, она - сука. Лучше вот той, Наташей зовут. Очень она хорошая девочка. А вообще - давай теперь всё сам. Тебе жить.

<...> А потом он приставил к моему горлу шприц и поволок меня на улицу. Нет, не кричала, не могла. Он же много раз меня убить пытался. Плакал потом, говорил любит... Да ладно, было и было. Что теперь? Плакать что ли?

<...> Давайте так: у вас сейчас интоксикация, галлюцинаторный бред. Максим Александрович, если я вас отпущу, в этом случае вы до вечера не доживете. Это правда. Будете вредничать, скажу сестре снова вас привязать.

<...> Папа, я недавно бриться начал. Только раздражение...

<...> Мне тебя Бог послал...

очередная порция неторопливого чтива, на этот раз летнего.

Тык? Мык...

С сексом у Кенгура получалось плохо. То есть не то, чтобы совсем уж не получалось. Но выходило как-то плохо, трагично и вообще кривовато. Дело в том, что в период взросления Кенгур непонятным образом трансформировался из юного бандита в романтического блюзмена, который влюблялся в каждый сексуальный объект, попадавшийся ему на тернистом жизненном пути. Как только пацаны нашего квартала выдвигались на блядки, лицо Кенгура приобретало мечтательное выражение, не предвещавшее ничего хорошего. И предчувствие беды никогда нас не обманывало. ( читать дальше )

--------------
предыдущие тексты про:
- дикий жывотный секс здесь здесь и здесь
- кенгура здесь и здесь

Позавчера я получил письмо от людей, которых очень сильно любил и которых (спасибо Ельцину и Горбачеву, параду суверенитетов и пидарасу Назарбаеву - земной поклон) не видел 19 лет. Они пишут, что сильно постарели. А меня буквально раздавили воспоминания... Давно не писал ничего этакого, типа почитать. Решил исправить эту ошибку. Этот текст (про те времена, когда у меня была огромная семья и я был бессовестно счастлив, как двухмесячный Тузик) уже опубликован в цензурном виде в журнале "5 звёзд". Дорогие френды, читайте с удовольствием, приятного аппетита... Итак.

Свое первое Настоящее Путешествие я совершил, когда мне было пять лет. Дед поехал в соседнюю деревню по каким-то дедовским делам, а я, любопытный, как все дети, увязался за ним в поисках новых впечатлений. Выезжать нужно было пораньше, часов в восемь, пока столбик термометра еще держался на уровне тридцати градусов. Дневное путешествие по степи на круглозадом автобусе, предназначенном для северных районов Союза ССР, не сулило ничего приятного. Кислород там заканчивался в дневную пору быстрее, чем в газенвагене. Через час-полтора неторопливой езды по бескрайним хлопковым полям, мы прибыли на место.

( Read more... )

А не любо ли вам братие, душеполезным чтением себя развеселить в скорбный день Понедельник (будь он неладен)? Лежу, болею, вспоминаю прошлое. Так что эспешли фо френдс, коим любезны были "Сапоги" и прочие истории, предоставляю продолжение банкета. Вот еще история про Кенгура, каким мы его любили.
--------------------------------------

А знаете, что такое голод? Я сейчас не про заморенных крестьян 20-х годов говорю, такого голода и мне не довелось узнать, тьфутьфутьфу... Но есть другой голод. Например, когда ты нормально не жрешь несколько месяцев, а тебе, допустим, лет двадцать. Или вроде того. И каждая клеточка твоего тела кричит, пищит и просит мяса. Хоть волоконце мясца. Хоть маленький кусочек. И ты идешь по городской улице бесцельно, потому что работы у тебя нет, а те крохи, которые ты зарабатываешь, занимаясь всякой хуйней, тут же растворяются, как будто их и не было вовсе... И вот ты идешь, а писклявый хор твоих жадных клеток сводит тебя с ума. И вдруг ты чувствуешь запах жареных семечек. И понимаешь - если сейчас дать слабину, то ты опрокинешь эту неопрятную бабку вместе с ее лотком и начнешь жрать эти ебаные семечки прямо с пола, горстями, с кожурой...

А вечером ты проходишь мимо ресторана, оттуда вываливается какой-нибудь барыга жирный, а за ним... За ним облако запахов... Ты смотришь на его оплывающий, морщинистый от складок, затылок, а в голове только одна мысль - может сейчас, как чисто пацанва, дроби насыпать в носочек, хыц его тихонечко, и гаечки с него посвинчивать, лопатник ломануть, пока остывает. А сам дуреешь от этой вони ресторанной, башка гудит, пузо сводит молодое, как будто тебя скрепляет какая-то гайка в середине тела, и кто-то закручивает ее, сука, крутит и крутит и не остановится никак...

День за днем. Неделя за неделей. Каша с хлебом. Иногда картофан со сметаной, барское блюдо. По выходным макароны с яйцом. Их мало. Снова хлеб. Блять. Месяц за месяцем. "Но ведь я не бандос", все чаще появляется в голове мысль. Ты смотришь на свои разбитые кулаки и прогонять эту ядовитую мысль приходится все чаще...

Вот в один из таких дней Кенгур и Железный Человек Евгений Хуэйчао шли по весенней челябинской улице. Молодые, хуястые и голодные, как все мы в то время. Их глаза с голодной ненавистью сканировали пространство. Пространство тлело пустым весенним жаром. ( читать дальше )

Порция неспешного четвергового чтива. Продолжение истории про педофилию и нимфоманию.

Преображающая сила искусства

Вот вы думаете, какой наворот реально опасен в драке? Нунчаки? Хуяки. Я помню, один юный долбоеб как-то махал ими, как сумасшедший вертолет. Я бросил ему в голову горсть мелочи. Юный долбоеб сбился с ритма и хлопнул себя по ключице. Я пнул его по яйцам, большего сделать мне не удалось бы - еле на ногах стоял после водки и переёба. Потом дотоптал, пока он, лёжа в луже, яйца в штаниках отыскивал. С нунчаками разобрались. Что дальше? Бита? Ну да, твердая, длинномерная... И ты с ней хуй к кому подойдешь, ее видно за километр. А если она не наготове, то пока достанешь эту хуйню, успеешь пять раз в пузо получить тычиной. Окей. Что тогда? Тычина? Ну в толпе пожалуй. Но если у парня что-нибудь длинное с собой и одет он в какую-нибудь зимнюю кацавейку? Да ты его заебёшься тыкать. Так что...

Нестареющая классика. Топор. Вот реально бескомпромиссный предмет. Хуяк. И все. Вызывайте доктора. В меру легкий, в меру длинный, в меру ухватистый. А главное - страшный, как пиздец. Какая там нахуй бита? Мужик с топором страшен, как землетрясение. ( читать дальше )

Вчера днем по наводке yatsutko сходил на сайт про мукл, охуел. А вечером, в приступе бессонницы листая всякие старые черновики, припомнил одну историю. Про педофилию, нимфоманию и прочие маргинальные прелести. Тоже, естественно, "основанную на реальных событиях". Если вам пришлись по нраву кладбищенские истории про сапоги и про охотников за головами, то - читайте на здоровье :-) С наступающим, мои дорогие!

( Итак... )

Лирический рассказ про жизнь, смерть и жаркую погоду. Как бы в продолжение рассказа про "Сапоги". Ну и тоже на реальных событиях, да.

Охотники за головами

Когда Муля смиренно лежал в простеньком малиновом гробу, из которого во все стороны парадоксально торчали гвозди, двор внезапно узнал две потрясающие вещи о покойном. Во-первых, оказалось, что у нашего Мули, при жизни мирно коротавшего деньки под сиреневым кустом возле пункта приема стеклопосуды, полным-полно родственников. Люди они были вовсе не фешенебельные, но по крайней мере вид у них был гораздо приличнее мулиного. Во-вторых, оказалось, что Мулю при жизни звали Владислав, о чем видимо даже он сам позабыл. Живой Муля походил на сильно пожеванную пластиковую ложечку из "Баскин Роббинса": свекольная голова на узких, почти подростковых плечах. Оставив сей бренный мир, он вместе с приличествующей покойнику желтизной, обрел какое-то благородство черт. Нос оказался очерченным ровно, словно выписанным прихотливой кистью, скулы выступили над ввалившимися щеками, придавая лицу устало-аристократический вид и вообще мертвый Муля вызывал невольное удивление у всего двора. ( дальше )

Лирический рассказ про еблю, смерть и трупы. Новогодний рассказ. Навеяло погодой. Не очень маленький, зато довольно забавный. Основан на реальных событиях, естественно (-:

Иван Макарыч был мужик из тех, о которых официальные документы с места работы лаконично сообщают В целом, характеризуется положительно. В меру аккуратный, в меру пьющий, неприметный, с тяжелым квадратным затылком, «молоточком» бугрящимся над застиранным воротником. Одна лишь черта его характера вызывала в сослуживцах легкое напряжение. Не то, чтобы Макарыч был скуповатым. Скорее экономным. Но жгла его изнутри какая-то куркулистая жилка. Скоробчить под себя чего, а если что лежит неаккуратно, обрезать лишнее по периметру, да приобщить к личному достоянию. Вот до чего он был великий мастер. Особо ушлые сослуживцы находили тонкую, почти метафизическую связь его отчества со словом «магарыч». Иван Макарыч не обижался, просто брал остряков «на карандаш». А поскольку славился он по всем СМУ, как гениальный сметчик, довольно быстро остряки стихали и по пролетарским праздникам выстраивались в очередь, чтобы при помощи малой водочно-огуречной мзды вымолить у Макарыча прощение.

С женщинами Макарыч вел себя также расчетливо, как и все, что делал. Такая манера многих обижала, а многих, как ни странно, наоборот – они видели в приземистом седоватом мужике крепкое плечо, то самое, о котором по-бабьи воют всенародно любимые эстрадные звезды. С хуем у Макарыча тоже все обстояло нормально, потому как расчетливость его проявлялась и в заботе о собственном здоровье. Так и дожил он до своих пятидесяти трех, приговаривая маленький хуёк – в пизде королёк, начисто лишенный комплексов по этому поводу. ( дальше )

А вот захотелось что-нибудь написать. Лирическоэ. Не про политику.

Звонок раздался как раз в то время, когда доктор наконец угрелся и чутарик приспал. "Внутренний", - спокойно отметил холодный голос где-то в голове. "Еб вашу мать, мне поспать сегодня дадут?!", - горестно всплеснул руками доктор. Вопрос носил риторический характер, поэтому старшая медсестра, деловито пересчитывающая темные от автоклава простыни, просто тяжело качнула головой. Ей тоже хотелось спать. А еще ей хотелось бы наладить личную жизнь, пристроить дочь в университет и хотя бы еще раз в жизни съездить куда-нибудь к морю. Она сняла трубку, что-то буркнула, снова качнула головой и сказала доктору: "В гинекологии что-то странное творится. Вас просят подбежать". ( читать? )

Написал небольшую статью про русский язык. Опубликована в журнале 5 страусов "5 Звёзд". ( Читать тут, не очень много. )

Порция неторопливого пятничного чтива из цыкла "Ебля и жызнь", для тех, кому понравились предыдущие серии: первая и вторая. Эта история с точки зрения сюжета - банальна до охуения. Но удивительно, что такая хуета могла произойти в реальности. И ведь произошла.

В сущности, Вадим и Лера никогда особых трудностей не знали. Еще в студенчестве Вадик был довольно активным парнем, бегал, шустрил и вовремя нашустрил себе достаточно непыльную работу, благодаря которой с ужасами девяностых семья была знакома только по телевизору. Лера отчасти благодаря стараниям мужа, отчасти - положению родителей, попала в банк, в тот самый "золотой период", когда даже уборщица могла купить себе немолодой мерседес. В общем, годам к тридцати пяти они окончательно зажили неторопливой буржуазной жизнью.

Как любые буржуа, Вадик и Лера просто обязаны были иметь какой-нибудь Маленький Гаденький Cекретик. И они его, разумеется, имели. То ли от того, что тела обоих со временем заплыли жырком, то ли от механической размеренности, то ли от всеобщей мировой тягомотины, после тридцатника они незаметно перестали ебаться. Почти совсем. Пьяное коматозное тыканье по пролетарским праздникам они с за секс не считали. Надо сказать, совершенно справедливо. ( далее туд )